«ИНСАЙТ» — ЭТО ТОЛЬКО НАЗВАНИЕ, И НЕ ТОЛЬКО

В науке слово «инсайт» (от англ.. — проницательность, проникновение в суть) появилось с лёгкой руки одного из величайших немецких психологов — Вольфганга Кёлера. В. Кёлер исследовал интеллект человекообразных обезьян и постановил, что они существа «разумные». В этой мысли он уверился посредствам следующего экспериментального наблюдения.

Шимпанзе, помещённый в клетку, пытался достать банан, который был поведен на высокой перекладине. В клетке находилось ещё два ящика, но встав на любой из этих ящиков по отдельности, шимпанзе не мог дотянуться до банана. Попытки животного решить эту проблему начались с полной его беспомощности и многочисленных вспышек ярости. Однако, внезапно поведение шимпанзе совершенно изменилось, негативные эмоции улетучились. Обезьяна быстро побежала к меньшему из ящиков, подтащила его к большему, который был расположен прямо под бананом, затем установила их один на другой, вскарабкалась на верх и сорвала банан с перекладины. Последующие эксперименты по решению этой же задачи завершались очень быстро, даже в случаях, когда ящики помещали в самых разных частях клетки. Этот феномен «внезапно» найденного решения и получил название «инсайта». А шимпанзе было признано В. Кёлером разумным, поскольку оно действовало не путём проб и ошибок, но целенаправленным поиском и нахождением «обходных путей» решения задачи.

Разумеется, В. Кёлер интерпретировал результаты этих экспериментов в рамках своей парадигмы — гештальт-подхода. Животное воспринимает ситуацию в целом и способно переструктурировать элементы зрительного поля в соответствии с проблемой ситуацией; внутреннее связывание этих элементов и обеспечивает превращение доселе безразличного объекта в составляющую некой функциональной целостности, которая может быть использована в качестве орудия. Впоследствии К. Дункер и М. Вертгеймер использовали предложенное В. Кёлером понятие «инсайта» в целях описания такого типа человеческого мышления, при котором решение происходит не в результате восприятия отдельных частей, а путём мысленного постижения целого. Особенное значение в феноменологии «инсайта» все эти исследователи предавали «мгновенности решения» и отсутствию признаков проб.

Итак, что же происходило с шимпанзе г-на Кёлера? Она практиковалась в собственной способности реконструировать (переформировать) ситуацию посредствам передвижения различных элементов «психологического опыта» в своём внутреннем пространстве. Её способность искать и находить «обходные пути» в процессе решения задачи свидетельствует о том, что в её внутреннем пространстве наличествуют дубликаты существующих вовне объектов. Она играет этими дубликатами, как в тетрис, собирая нужную комбинацию, ориентированная на некий конечный результат, побуждённый потребностью (в данном случае — пищевой) и ставший доминантой.

Здесь важно следующее: «инсайт», о котором идёт речь, есть иллюстрация возможности, если так можно выразиться, «первичного отрыва от реальности» (данности), появление некоторой степени свободы в условиях пресловутого детерминизма.

Представим, что у обезьяны нет возможности такого «отрыва» — что дано, то дано. Если не достать банан, значит, не достать банан — помирай с голоду. Но нет, обезьяна начинает извлекать возможности, скрытые в реальности. С реальностью можно что-то поделать, и вот в её психическом (внутреннем) пространстве начинают двигаться элементы, «снятые» с реальности её дубликаты.

Таким образом, обезьяна, по всей видимости, таскала ящики «внутри головы» (другими словами: перемещала образы внутри своего психического пространства), но это были, если так можно выразиться, «реальные ящики». Её внутрипсихический тетрис содержал в себе элементы, которые являлись своего рода «слепками» с некой фактической действительности, данной ей в ощущениях (осязании, зрении и т. п.).

Одна, другая, третья, четвёртая операция, и вот, вдруг, картинка сложилась! Решение найдено — «инсайт»!

«Инсайт» поквартировал некоторое время в психологии и, как это обычно бывает, направился в психотерапию.

Начиная с психоанализа З. Фреда и заканчивая рационально-эмотивной психотерапией А. Эллиса, «инсайт» признан искомой целью психотерапевта. Причём, он признан в качестве таковой настолько, что никого даже не смущает тот факт, что две упомянутые психотерапевтические системы стоят на диаметрально противоположных позициях.

Поразительно, но это факт: д-р Эллис полагает «инсайтом» озарение пациента, который осознаёт («инсайтирует») то, что его мысли соответствуют его действиям (или действия — мыслям), а психоаналитики, напротив, называют «инсайтом» осознание пациентом того факта, что его мысли абсолютно не соответствуют действительности. Автор настоящей публикации, будучи психотерапевтом, со своей стороны, утверждает: вы можете получить «инсайт» пациента и абсолютно исказив действительность, и, если так можно выразиться, прорвавшись к ней.

«Инсайт» в психотерапии — это такое «исключительное» состояние пациента, когда ему, вдруг, кажется, что «всё стало ясно», что «всё встало на свои места».

Понятно, что достичь этого «заветного» состояния можно и сыграв на руку неврозу (т.е. тому конфликту, который лежит в его основе), и, напротив, разоблачив этот конфликт. Причём, надо признать, достичь «инсайта» первого типа значительно легче, нежели разоблачая «сущность невроза». В последнем случае достигнутые изменения мало походят на «инсайт» в привычном понимании этого слова, поскольку мы достигаем здесь не столько «ясности и понимания», сколько соответствия «нужд» подсознания «возможностям» сознания. Тут, по понятным причинам, необходимо не какое-то абстрактное осознание, а работа (требующая времени) по существенной перестройке той или иной упомянутой части психического, дабы добиться их мало-мальского соответствия друг другу. Последнее же не может быть достигнуто «мгновенно», происходит не торопясь, без каких-либо существенных всплесков. Работа эта, кроме прочего, непроста как для сознания с его косностью, так и для подсознания с его исключительной косностью. В общем, рассчитывать тут на яркие, пронизывающие всё существо пациента озарения не приходится (мы опускаем здесь маленькие «озарения», свойственные психотерапии, которые касаются каких-то частных вопросов).

Вот собственно этот парадокс и должен навести нас на определённые мысли. Чего стоит «инсайт», который можно сконструировать? О каком «проникновении в суть» здесь можно говорить, если эту «суть» можно сорганизовать?

Представьте себя психоаналитиком. Вы долго и мучительно вытягиваете из пациента различные воспоминания, вынуждаете его ассоциировать, анализировать и интерпретировать под вашим чутким и неослабевающим руководством. При этом, у вас в голове есть стройная теория: сын томится от страстного желания завладеть матерью и ненавидит отца за то, что мать досталась ему; при этом, сын, с одной стороны, опасается, что отец его кастрирует, а с другой стороны, и сам не уверен до конца в том, что он мужеского пола, поскольку над ним довлеет его женское начало из-за отождествления с матерью. За пару лет, пока проходит психоанализ, в это можно и поверить, особенно, если авторитет аналитика достаточно высок, а его действия достаточно продуманы и, как кажется, ненавязчивы. В какой-то момент, волей или не волей, «инсайтируешь», что твои проблемы с женой обусловлены её несоответствием материнскому образу, который ты ищешь, а также твоей собственной «психической гомосексуальностью», возникшей из-за патологических отношений в твоей семье в твои два-три года. Вот он — «отрыв от реальности»! Чудное дело! Знаки создают вторую, иную, совершенно самостоятельную реальность, и это только кажется, что она дублирует фактическую действительность, на самом же деле они связаны с ней лишь номинально. Элементы этой реальности рождаются, переформируются, реконструируются, складываются и рассыпаются. Тетрис...

Что же такое «инсайт» г-на Кёлера, пациента психоаналитика и, кстати говоря, наши с вами «инсайты»? Что это за странные состояния, когда, вдруг, всё становится на свои места, всё кажется прояснённым и понятным? Когда видны все свои прежние заблуждения, а впереди открывается невообразимое блаженство истины?

Жаль, что никто не принуждает нас в обязательном порядке вести дневник, поскольку, если бы это было так, то автору настоящей публикации ничего более не пришлось бы пояснять. Можно было бы просто указать на страницы дневника читателя пяти, десяти и двадцатилетней давности... Чтобы мы нашли там, в наших дневниках? Бездну «откровений», каждое из которых «с высоты нынешних лет» показалось бы нам смехотворным — может быть, наивным, а может быть, странным. Это наши откровения, наши «инсайты».

Личный «инсайт» — есть нечто, что можно уподобить куновской смене парадигм. Наше сознание, отвлечённое от действительности в область внутренних умопостроений, создаёт сложные конфигурации означающих (знаков) — это «убеждения», «взгляды», «воззрения» и т.п.. Постепенно эта система изживает саму себя, не поспевая за меняющейся действительностью (содержанием нашего подсознания), что особенно ощутимо в период «психологических кризисов». И тут необходим какой-то новый тезис, новое суждение, новый посыл, который разрушит прежнее мировоззрение, дабы открыть дорогу новому строительству. Впрочем, и тут динамика будет той же — новое строительство раскинется широко, мы рьяно примемся за работу, но дойдя до определённой точки, и этот новый некогда Вавилон схлопнется, оставив нас у разбитого корыта. Следующий «инсайт» закончит прежнее строительство, и мы, в какой уже раз, начнём новую стройку, положив его в её основание. Игра в тетрис закончена, вы переходите на следующий уровень, но продолжаете только играть...

О каком же «инсайте» идёт речь в Дзэн-буддизме? «Инсайт» достигается (если достигается) в момент, условно говоря, «понимания» учеником коана — бессмысленной истории, произнесённой Учителем. В ней, действительно, даже при желании, не найдёшь никакого смысла (не верьте интерпретациям коанов — это богохульство!), она служит иной цели.

Задача Учителя, задающего ученику коан, заключается в том, чтобы создать у своего ученика «умственный тупик», тупик, не допускающий возможности дальнейших суждений, единственным выходом из этого тупика является переход в сферу, где нет содержания, это выход за пределы языка, сознания: «Когда вы в тупике, имеется выход».

В качестве самого простого способа поставить ученика в такой тупик используется палка. Учитель задаёт вопрос, на который, понятное дело (для просветлённого понятно), нельзя дать ответа, поскольку этот ответ уже есть, и беда ученика как раз в том и состоит, что он пытается найти ответ.

Вот типичная история: «Монах постучался в дверь Бокусю со словами: „Просветите меня! Наставьте меня!“. Бокусю отвечает: „Заходи, у меня есть для тебя палка!“. И не успел ученик открыть дверь и задать вопрос, как Бокусю ударил его». Хорошим ответом будет считаться молчание или благодарность, а самым замечательным — вторичный визит, который сопровождается поклоном и вручением Учителю палки. Конечно, и это не является правильным ответом, но только если все эти действия производятся учеником, достигшим просветления...

1. Блайс Р. Х. Золотой век дзэн. Антология классических коанов дзэн эпохи Тан.
2. Выготский Л. С. Мышление и речь. Психологические исследования.
3. Кёлер В. Исследование интеллекта человекообразных обезьян. // Основные направления психологии в классических трудах.
4. Кун Т. Структура научных революций.
5. Курпатов А. В. «Дневник канатного плясуна» (Was verschwieg Zaratustra).
6. Курпатов А. В. "Психософический трактат«(Tractatus psychosophicus).
7. Курпатов А. В., Алёхин А.Н. Психософия: методология, развитие личности и психотерапия.
8. 8. Курпатов А. В., Алёхин А.Н. Философия психологии (Начало психософии. Теоретические основы науки о душе человека).
9. Курпатов А. В., Аверьянов Г.Г. Руководство по системной поведенческой психотерапии.
10. Лакан Ж. «Я» в теории Фрейда и в технике психоанализа.
11. Природные целостные системы: Вольфганг Кёлер и теория гештальтов. // Великие психологи.
12. Соссюр Ф., де Курс общей лингвистики.
13. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. // Дзэн-буддизм.
14. Ухтомский А.А. Доминанта.